Как найти ребенка оставленного в роддоме

Ответы на вопросы по теме: "Как найти ребенка оставленного в роддоме" с комментариями профессионалов для людей. Актуальность данных на 2020 год можно уточнить у дежурного специалиста.

Отказники в роддомах

Сегодня насчитывается огромное количество семей, не имеющих возможности родить собственного ребенка. Усыновление является единственным выходом. Груднички — самые востребованные на сегодняшний день. Отказники в роддомах появляются постоянно, однако очередь на них достаточно велика. Потребуется соблюсти бюрократические формальности и доказать право называться родителем.

Где можно усыновить новорожденного ребенка

Чтобы разобраться, как усыновить младенца, требуется обратить внимание на законодательные акты. Изначально биологическая мать должна написать разрешение на усыновление. По простому эту бумагу называют «отказная». Затем ребенок проходит необходимую реабилитацию в родильном отделении, а потом направляется в дом малютки. После постановки на учет начинается поиск приемной семьи для сироты.

Важно! Чтобы понять, где можно усыновить новорожденного ребенка, следует учитывать, что непосредственно из роддома его отдают только родственникам биологической матери, после получения согласия. Остальные приемные родители имеют право забрать грудничка только из дома малютки после оформления необходимой документации.

Отказ от ребенка в роддоме

Согласно статистике, случаи отказа от деток случаются достаточно часто. Причинами, заставляющими отказываться, служат:

  • Беременность в раннем возрасте. Родители молодой матери уговаривают не брать груз ответственности.
  • Обучение в высшем учебном заведении. Малыш может помешать будущей карьере.
  • Врожденная патология. Ухаживание за инвалидом требует массу времени и сил, не каждый способен посвятить всего себя воспитанию такого ребенка.
  • Материальные или жилищные проблемы. Случается, что одинокой матери просто некуда пойти после роддома.
  • Наркотическая или алкогольная зависимость.

В будущем детей-отказников из роддома ждет либо новая приемная семья, либо детский дом. Спрос на подобное усыновление велик, поэтому большинство находит новый дом в первые полгода жизни.

Кто имеет право на усыновление

Воспитание детей — большая ответственность, требующая финансовых и временных затрат. Поэтому усыновить младенца может далеко не каждый гражданин. Доступна процедура только полностью дееспособным людям. Преимущество в усыновлении имеет человек, имеющий родственную связь с ребенком. При отказе матери стать опекуном может бабушка, дедушка, если им позволяет возраст, а также другие родственники.

[3]

Если родственников, изъявивших желание усыновить не имеется, то право усыновления младенца доступно гражданам, подходящим под критерии комиссии. Будущие родители должны быть здоровы, обеспечены жильем и материально.

Обратите внимание! Наличие брака в паре не является критическим фактором. Усыновить может один из партнеров.

Как проходит процесс усыновления отказника из роддома

Усыновить ребенка до года — желание большинства приемных родителей. Хоть и отказы случаются нередко, очередь на деток велика, поэтому после принятия взвешенного решения потребуется подготовить пакет бумаг, а также пройти комиссию.

Чтобы разобраться, как усыновить ребенка из роддома, требуется уделить внимание всем этапам процедуры. Первое условие — биологическая мать должна отказаться официально. Нередки случаи, когда женщина меняет свое решение через некоторое время. Поэтому процедура оформления подразумевает постановку на учет и перевод в дом малютки после стабилизации состояния малыша в детском отделении.

Будущим родителям следует быть морально готовыми к многочисленным проверкам со стороны органов опеки. Бюрократическая составляющая также потребует много времени. Пошагово действия выглядят следующим образом:

  1. Написать заявление в органы опеки и попечительства. Помимо данных об усыновителях, указываются пожелания насчет ребенка: цвет волос, глаз, расовая принадлежность.
  2. Получить направление на медицинское обследование обоих супругов в больнице.
  3. Получить список документов, которые потребуются для регистрации на очередь.
  4. Если заявление будет одобрено, следует ожидать очереди.

Специальная комиссия посетит жилье потенциальных усыновителей. Это позволит убедиться в надлежащем его состоянии, а также возможности проживания ребенка. Процесс рассмотрения заявки занимает около двух недель. Когда подойдет очередь, усыновление продолжается в судебном порядке.

Важно! Детей-отказников в роддомах хоть и много, но чтобы увеличить шансы и ускорить процесс, следует указывать минимальные требования к внешним данным младенца. Если приемные родители не против взять ребеночка с врожденной патологией, то в очереди, как правило, стоять не приходится.

Требующиеся документы

Для усыновления ребенка из роддома от будущих родителей требуется официальное подтверждение стабильности и возможности воспитания. Поэтому в ООП необходимо предоставить:

  • заявление установленного образца;
  • паспорта обоих усыновителей или одного, в зависимости от ситуации;
  • медицинскую справку о прохождении освидетельствования;
  • справка 2-НДФЛ или иное подтверждение ежемесячного дохода каждого члена семьи;
  • акт, свидетельствующий о пригодности жилой площади (составляется комиссией на основании обследования);
  • служебную характеристику с места трудовой деятельности;
  • информацию из домовой книги;
  • справку из банка о состоянии лицевого счета;
  • справку, подтверждающую отсутствие уголовного преследования в прошлом.

Документы потребуются как для регистрации в органах опеки, так и при обращении в суд. Срок действия справок составляет 3 месяца. Если очередь подходила медленно, то придется собирать бумаги 2 раза.

Требования к усыновителям

Удочерение и усыновление младенцев требует повышенной ответственности как от женщины, так и от мужчины. Поэтому потенциальные усыновители должны соответствовать следующим требованиям:

  • быть совершеннолетними;
  • иметь в собственности жилье необходимой площади;
  • получать стабильный доход, требуемый для нормальной жизни;
  • обладать хорошим здоровьем — сюда относится и физическое, и психологическое;
  • не иметь уголовных правонарушений;
  • не быть ранее лишенными родительских прав; также не имеют право брать ребенка люди, имевшие подобный опыт в прошлом и вернувшие младенца;
  • как минимум один из усыновителей должен быть старше ребенка на 16 лет;
  • не иметь пристрастия к алкоголю или наркотикам.

Важно! Еще один важный критерий — отсутствие гражданства страны, поощряющей на законодательном уровне однополые отношения. Даже если пара не состоит в браке, а у одного из них имеется паспорт подобной страны, органы опеки имеют полное право отказать.

Что такое тайна усыновления

Чтобы обезопасить будущее ребенка, а также не допустить осложнений в семейных отношениях из-за факта усыновления, в Уголовном кодексе предусмотрена 155 статья. Она подразумевает сохранение тайны лицами, причастными к процедуре. Также предусматривает возможность изменения имени, фамилии, даты и места рождения малыша.

При необходимости и желании усыновителей, органы опеки могут организовать постановочную выписку из роддома. Наличие фотографий и документов позволит избежать психологической травмы у ребенка в будущем.

Следует трезво оценивать свои силы. Усыновить мальчика или удочерить девочку — важный шаг, который требует полного понимания последствий.

как найти ребенка — отказника в роддоме 35 лет давности

Первое,что Вам необходимо знать «в каком году и в каком городе оставили ребенка». Далее обращаетесь в отдел органа опеки и попечительства.У них есть архив и может какие либо сведения найдут.НО, есть одно НО,если ребенка удочерили,то такие сведения Вам вряд ли дадут.

Здравствуйте! Я бы на Вашем месте поступил немного иначе. Пишите заявление в полицию об утрате родственных связей, полиция в рамках Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» должна будет установить Вашу сестру и с её согласия предоставить Вам сведения о себе.

В полицию нужно писать по месту возможного последнего места её прибывания, так будет быстрее и эффективнее.

Удачи Вам в поисках!

Шанс найти есть, но у Вас наверняка нет никакой информации. Неизвестно как ее сейчас зовут, точная дата рождения, адрес роддома. Нужен официальный запрос, можете обратиться с Заявлением в Орган опеки и попечительства, обязаны дать ответ в разумный срок.

Сходите в органы опеки и обсудите там вашу проблему. Если вы решили серьезно, то вначале в органы опеки.

Но если ребенка удочерили,то такие сведения не дадут.

Читайте так же:  Место вступления в наследство по закону

Нужно письменно обратиться к депутату Госдумы — ему информацию обязаны предоставить. И к местномо журналисту, похожего на А. Малахова с 1.

Уважаемая Яна. По первому каналу идёт передача «Жди меня». Вам обязательно помогут, если Вы туда обратитесь.

Сиротский детектив: как дети-отказники нашли кровных родителей – четыре реальные истории

Они не знали, что такое тепло родной души, не прижимались к маминому плечу, не цеплялись маленькой ладошкой за сильную папину руку. У многих детдомовских ребят главная мечта – найти своих родителей. Особенно она остра для инвалидов, которых часто после детского дома ждет взрослый дом-интернат и «казенной» жизни нет конца и края. С появлением соцсетей воспитанники государственных учреждений принялись массово искать контакты своих мам и пап в интернете. Им нередко помогают в поисках воспитатели и педагоги. И вот цель достигнута – родители найдены. Но приносит ли счастье исполнение мечты, выяснял корреспондент «Подмосковье сегодня».

НЕ ЗАБРАЛИ ИЗ ДЕТСАДА

Витя Потапов – коренной москвич. Его мама выходила замуж «глубоко» беременной. Кровный отец ребенка бросил ее, когда узнал, что она в положении. Из желания отомстить бывшему девушка тут же выскочила за первого встречного – парня, только что освободившегося из мест лишения свободы.

Отчиму чужой ребенок был не нужен, тем более что спустя год родилась собственная дочь. Поэтому Витя жил в круглосуточном садике, из которого однажды его просто. не забрали. А спустя некоторое время мальчик оказался в специализированном детском доме с диагнозом, предполагающим нарушение умственного развития. По достижении 19 лет его перевели в Клинский дом-интернат для престарелых и инвалидов.

Мальчик всю жизнь мечтал найти мать и сестру. Поиски в соцсетях ничего не дали. Тогда за дело взялись сотрудники дома-интерната. Они выяснили, что Потаповы продали московскую квартиру Витиной мамы в районе ВДНХ и купили жилье под Чеховом. Юноша отправился в гости к найденным родственникам.

– Дверь открыла мама, и я с порога показал ей паспорт, – рассказывает Витя. – Мама тут же побежала за пузырем. В следующий раз я приехал на день рождения сестры, купил ей подарок, повел в ресторан, мы очень хорошо посидели. Обменялись телефонами, стали общаться.

ВСЕЛИШЬСЯ – УБЬЕМ!

Как раз в то время Потапов прошел медицинскую комиссию, которая постановила, что юноша может жить самостоятельно и в интернате ему оставаться нет надобности. По закону выпускника не имеют права отправлять в никуда. И выяснилось, что при покупке квартиры маленькому Вите как несовершеннолетнему была расписана ее шестая часть, то есть он имел право на долю этой недвижимости. И, соответственно, на вселение.

[1]

– Когда родственники Вити узнали об этом, все их хорошее отношение испарилось, – вздыхает психолог дома-интерната Светлана Емельянова. – Мы им объясняли, что он такой же собственник жилья, как и они. А в ответ мат-перемат и угрозы, мол, Вите не поздоровится, если он попытается вселиться.

Ситуацию взяла под контроль глава городского округа Клин Алена Сокольская.

А Витя даже слышать не хочет о найденных родственниках. Второго их предательства он простить уже не смог.

МЫ ВИНОВАТЫ ПЕРЕД ДОЧЕРЬЮ

Но бывают истории и со счастливым концом. Как, например, у подопечной того же дома-интерната Насти Борониной. Малышка родилась с заячьей губой, и в роддоме матери сказали: «Зачем тебе ребенок-урод? Оставь его здесь». И она оставила. Девочка тоже получила инвалидность и направление сначала в специализированный детский дом, а потом в Клинский дом-интернат. И, как все детдомовские ребята, тоже мечтала о маме.

– Мы нашли ее родителей, но они наотрез отказались общаться с дочерью, – качает головой Емельянова. – А потом у них внезапно трагически погиб сын, который родился после Насти. Они восприняли это как божью кару и согласились встретиться с девочкой. Настя, конечно, была очень счастлива. Они стали общаться, в процессе возникло и тепло, и принятие друг друга.

Насте медицинская комиссия тоже выписала путевку в самостоятельную жизнь. Но где жить? Права на вселение в квартиру родителей она не имела. И тогда Настины родители сняли с банковского счета накопленные 2 млн руб. и купили ей квартиру в Клину. Сказали, что очень виноваты, и это – самое малое, чем могут загладить свою вину.

– Я живу самостоятельно, работаю озеленителем, – гордится Настя. – Мы с родителями постоянно ездим друг к другу в гости. Я так рада, что у меня появилась семья!

МНЕ СКАЗАЛИ, ЧТО РЕБЕНОК НЕ ЖИЛЕЦ

В анналах подмосковных интернатов есть и сказочные истории. Например, невероятная судьба маленького Илюши из Красно-Дубравского детского дома-интерната для умственно отсталых детей «Журавушка». Мальчик появился на свет с синдромом Дауна.

– Он поступил к нам шестилетним, – рассказывает директор учреждения Игорь Рядов. – Мама отказалась в роддоме. Но юридически все еще считалась матерью, так как одной отказной для лишения родительских прав недостаточно. Мы стали ее разыскивать, чтобы инициировать процедуру лишения.

Жительница Ликино-Дулева Светлана Фролова занималась домашними делами. И вдруг звонок в дверь.

– Стоят сотрудники управления опеки, – вспоминает женщина. – Говорят мне с порога: ребенка будете забирать или прав лишаем? Я чуть в обморок не упала. Понимаете, в роддоме мне сказали, что Илюша – не жилец. Уговорили написать отказную.

Дрожа от волнения, Светлана поехала в детский дом. Увидела мальчика, схватила его на руки и поняла, что больше никогда не отпустит. Против возвращения малыша не возражал и муж.

– После Илюши у нас родился еще один сын, и мы назвали его тоже Илья, – улыбается Светлана. – Так что теперь у нас два Илюши – старший и младший. Муж так «нового» полюбил, даже больше «старого». И маленький рад, что у него появился братик.

Сейчас мальчику исполнилось семь лет, и Светлана уже договорилась с одной из ликино-дулевских школ, что сын со следующего года будет там получать образование, находясь на домашнем обучении. Мать убеждена, что Илюша вырастет счастливым и полноценным человеком.

ДА, ТЫ МОЙ СЫН!

Если ребятам с нарушениями умственного развития в поисках родителей порой требуется помощь сотрудников интернатов, то интеллектуально сохранные дети ведут розыски самостоятельно. Например, воспитанник Дмитровского детского дома-интерната для детей с физическими недостатками Николай Надеждин (имя изменено. – Прим. ред.).

Коля родился с диагнозом ДЦП, и его мама, не желая воспитывать ребенка-инвалида, отказалась от него в роддоме. Так мальчик попал в государственное учреждение. И, как все, мечтал о семье. Но никаких данных о кровных родителях в документах не оказалось.

– По своему отчеству Коля установил имя и фамилию отца, – рассказывает завуч детского дома Наталья Коротеева. – Начал «пробивать» их через соцсети. Поиск выдал несколько десятков мужчин с такими данными.

Мальчик принялся рассматривать страницы. И вдруг словно что-то ударило его под дых: с одной из фотографий на Колю смотрело его собственное лицо. Только постаревшее. Подросток написал письмо, в котором рассказал о себе. Мужчина ответил: «Да, ты мой сын!» Они встретились, начали общаться. Коля выпустился из интерната, получил от государства квартиру в Подмосковье. К отцу не стал переезжать – тот живет в отдаленном регионе. Но крепкая отцовско-сыновняя дружба продолжается.

РАБОТА ДЕТЕКТИВОВ

Чтобы помочь подопечным найти родителей, сотрудники интернатов часто ведут настоящую детективную работу. Ищут в соцсетях, перелопачивая сотни анкет, отправляют пачками запросы в государственные органы и учреждения.

Однако далеко не всегда люди рады, когда узнают, что у них вдруг нашлись дети, тем более несовершеннолетние – ведь по закону нужно выплачивать на них алименты. А если дети совершеннолетние, то возникает вероятность вселения, как в случае с Витей Потаповым. Финансово-квартирные вопросы порой сводят все родственные чувства на нет.

Читайте так же:  112 закон об исполнительном производстве

Иногда дети, нашедшие родителей, сами не желают с ними иметь ничего общего. Так, один из воспитанников интерната приехал по найденному адресу к своей матери и нашел ее настолько пьяной, что она даже не поняла, что к ней приехал сын. Парень тогда сказал, что не было у него родителей и не надо.

Однако маленький шанс на счастливый финал все же есть. Ведь если не разыскать кровных родителей, то и не узнаешь, какие они. Может быть, как в истории с Ильей Фроловым, они всю жизнь берегли в сердце память о потерянном ребенке. И тогда мечта о воссоединении семьи станет реальностью.

«Я оставила ребенка в роддоме»: три реальные истории

То, что случилось с этими женщинами, очень страшно. Но стоит ли их осуждать за то, что они отказались от собственных детей? Ведь выбора у них, по сути, не было.

Текст: Наталья Евгеньева · 6 июля 2018

Все эти истории – из середины прошлого века, все случились в Англии. Забеременеть, будучи не замужем, было позором. И девочек – или девушек – заставляли рожать, а потом отдавать детей на усыновление. Число таких малышей, практически отобранных у матерей, – более полумиллиона. Изломанные судьбы женщин, детей…

История первая. Отвращение матери

Дженни Сэтчелл было всего 13 лет, когда какой-то подонок изнасиловал ее.

«Я в тот день не пошла в школу – заболела. Лежала дома в постели. Я знала этого человека. Он вломился в наш дом, чтобы обокрасть его, а потом решил еще и изнасиловать меня. Я ничего не знала тогда о сексе. Я была невинна», – рассказывала Дженни.

Спустя три месяца обнаружилось, что девочка беременна. Подумать только, ребенок должен был родить ребенка!

«Я все рассказала родителям, но мне никто не поверил. Полицейские тоже не поверили. А такой вещи, как тест ДНК, тогда не было. Моя мать смотрела на меня с отвращением. Она договорилась, чтобы меня забрали в специальный дом для незамужних матерей. С того самого момента, как я узнала о беременности, я знала, что ребенка заберут», – говорит женщина.

Таких, как она, в этом доме призрения было немало. Дженни была самой старшей. Какой ужас испытывали эти девочки, когда начинались роды, невозможно представить. Ведь они даже не понимали, что происходит.

Сейчас Дженни Сэтчелл 71 год. После того страшного происшествия она все же сумела оправиться и стать счастливой. У нее пятеро детей.

«Я вернулась в тот дом, где родила своего первенца, своего сына. Мне сказали, что мой случай – редкий. Большинство девушек, оказавшихся в таком же положении, что и я, либо оказались в тюрьме, либо в психушке, либо покончили с собой», – рассказывает она.

Спустя 38 лет Дженни нашла своего сына. Но близких отношений между ними так и не вышло. Мужчина так и не смог принять, что его рождение – не плод любви, а трагедия.

История вторая. Выбора нет

Энн Гилберт сейчас 67 лет. Она забеременела в 17. Узнав об этом, родители выставили ее из дома в дом матери и ребенка. Целый месяц она провела вместе со своей дочерью Хейли. Потом ее забрали и отдали на усыновление.

«Это разбило мне сердце. Но у меня не было выбора. Отец не хотел меня видеть после этого. А мать не решалась встать на мою сторону», – говорит женщина.

Спустя два года Энн вышла замуж в надежде обрести семью. И тут ее ждал новый удар: оказалось, что она больше не может иметь детей. Сказались осложнения после той, первой беременности.

Видео (кликните для воспроизведения).

«Я так хотела, чтобы у меня когда-нибудь были дети, возиться с ними… А вместо этого у меня была только боль, боль о моей малышке, которую я отдала».

Но Энн повезло: ее биологическая дочь отыскала ее. Женщина призналась: было очень страшно встретиться с Хейли. Вдруг она будет винить свою биологическую мать? Но нет. Хейли, как оказалось, была даже благодарна Энн за то, что она не избавилась от ребенка, хотя могла бы.

История третья. Семь часов разговора

Джанет Хенли забеременела в 19 лет. Ее отец настоял на том, чтобы она ушла из дома, как только беременность стала заметна. Так она оказалась в доме матери и ребенка – судя по названию, это общество должно было защищать незамужних девушек, оказавшихся в трудной ситуации, но на деле все оказалось не так. Огромное здание в викторианском стиле больше было похоже на тюрьму, чем на прибежища для матерей-одиночек.

«Нас заставили почувствовать себя отбросами общества. Мало того, что у нас забирали детей, так еще и обращались с нами так, будто мы преступницы», – вспоминает Джанет.

Женщине сейчас 75 лет. Но события тех времен она помнит так, будто все было вчера. Джанет была одной из самых старших. Некоторым девочкам едва исполнилось по 13 – 14 лет.

«Нас поднимали в 6 утра и отправляли на уборку дома. Стоя на коленях, мы целыми днями полировали паркет. Еще нам разрешали ходить в церковь по воскресеньям. Но причастие принять не позволяли: мы были слишком плохими, по мнению матрон», – говорит Джанет.

Девушка родила первенца морозным зимним днем. В комнате было так холодно, что занавески примерзали к окнам.

«Я чуть не уронила ребенка, когда отдавала его. Слезы застилали мне глаза. Еще много месяцев это снилось мне, и я просыпалась от собственного крика», – вспоминает женщина.

Потом все наладилось. Джанет вышла замуж, родила двух дочерей. А потом решила найти сына. Ему на тот момент было уже 36 лет.

«Я нашла его и отважилась позвонить. Наш первый разговор с ним я буду помнить до конца жизни. Мы говорили семь часов без перерыва, – говорит Джанет. — Сейчас мы общаемся постоянно. Но боль никуда не уходит. Мне до сих пор кажется, что однажды я проснусь и снова буду искать его».

Госдума приняла закон о детях, брошенных в роддоме

Госдума в среду приняла в третьем, окончательном чтении закон, по которому ребенок, оставленный в роддоме матерью, не предъявившей удостоверяющий ее личность документ, будет зарегистрирован по тому же порядку, что и подкидыш, в течение семи дней.

Изменения, предложенные депутатами Московской городской думы, вносятся в закон «Об актах гражданского состояния» и предполагают, что государственная регистрация оставленного малыша будет проходить по заявлению медицинской организации или органа опеки и попечительства по месту нахождения ребенка.

Существуют три категории детей, которые с самого рождения считаются оставшимися без попечения родителей: это подкинутые дети, дети-отказники, от которых отказываются родители в роддомах, и оставленные дети, от которых отказывается мать, пришедшая в родильный дом без документов.

Для того, чтобы установить статус таких детей как оставленных без попечения родителей, органам опеки и попечительства приходилось месяцами разыскивать их матерей, которые, как правило, называют вымышленные фамилии и адреса, отмечают законодатели, передает РИА «Новости».

Принятый в пятницу закон поможет защитить права оставленных детей, поскольку он предлагает проводить госрегистрацию рождения таких детей по аналогии с госрегистрацией рождения подкинутых детей — в течение семи дней.

Работа с отказами: почему матери оставляют своих детей в роддомах

Тем, кто начинает работать с социальными недугами, приходится избавляться от многих стереотипов. Например, роженицы-«отказницы» — это не всегда неблагополучные пьяницы или наркоманки

Тем, кто начинает работать с социальными недугами, приходится избавляться от многих стереотипов. Например, роженицы-«отказницы» — это не всегда неблагополучные пьяницы или наркоманки.

Читайте так же:  В течение скольки дней нужно прописаться

«Светлый подвиг» волонтера – это обычно банальное мытье полов. А за материальной помощью в первую очередь выстраиваются в очередь халявщики, а не нуждающиеся. Про то, как рушатся стереотипы, и что приходит им на замену, рассказала президент общественной организации «Аистенок» Лариса Лазарева.

— Когда мы только начинали проект, я, как и многие, думала, что от детей отказываются молоденькие девочки или женщины из неблагополучных семей, — рассказывает президент организации «Аистенок» Лариса Владимировна Лазарева. — Но с первых месяцев работы поняла, что это не так. Среди наших «отказниц» оказались женщины 27-35 лет, были среди них и 43-летние, которые, уже имея детей, попадали в трудную ситуацию и отказывались от новорожденных.

По первой профессии Лариса Лазарева – инженер медицинского оборудования, работала в строительной организации, потом в детской больнице, но все время хотелось чего-то другого, найти «свое» место — чтобы работа приносила чувство полного удовлетворения.

В роддоме она часто видела, как женщины отказывались от новорожденных, которых отправляли сначала в Дом малыша, а затем в детский дом. Под влиянием этих впечатлений она решила начать работать с отказницами. В 2002 году Лариса Владимировна решилась уйти с работы и создать детскую общественную организацию.

— Моей первой «отказнице» было 27 лет. Двое детей. Муж, ветеран Афганистана, работал охранником, жили в ведомственном общежитии. Пока она лежала в роддоме, из общежития стали выселять. Вот женщина и решилась оставить малыша, посчитав, что для ребенка в детдоме будет лучше – игрушки, питание, крыша над головой. Я тогда сказала Наталье: «Может быть ты и права, он будет сыт, обут-одет, но не сможет получить самого главного – материнского тепла и любви». Мы помогли сохранить за семьей комнаты в общежитии, обеспечили вещами, питанием для малыша. Семья была сохранена и до сих пор приходит к нам на совместные праздники. Сейчас мальчику – 8 лет. У него день рождения – 22 декабря.

Со временем Лариса Владимировна поняла, что надо не только разговаривать с женщинами, но и помогать им справляться с трудностями. В том числе и материально.

— Понимаете, зачастую жизнь в нашем обществе загоняет одинокую мать в угол, — объясняет она. – Оставил в «интересном положении» отец ребенка, на этой почве поссорилась с родителями, ушла из дома, а чувство безысходности, злобы, обиды переключилось на малыша, и, как результат, — отказ в роддоме. Другой пример. Маленький город. Нет работы. Женщина приезжает в Екатеринбург, но, т.к. нет прописки, возможность устроиться с гарантией пособия по уходу за ребенком, практически равна нулю. А нет пособия – нет и возможности прокормить себя и малыша, при условии, когда родные и близкие отвернулись.

Что скрывать, — самые острые семейные вопросы – это жилье и детский сад. Отсутствие путевок в дошкольные учреждения ставит одинокую маму на грань выживания — она не может выйти на работу, а, значит, обеспечить средства на элементарные потребности. А если нет своего жилья, то, вообще, беда. Квартиру женщине с малышом, сдают весьма неохотно. Поэтому мы запустили еще два проекта. Во-первых, мы снимаем трехкомнатную квартиру для временного проживания женщин с детьми, у которых отсутствует жилье – срок проживания от 3-х месяцев до полугода, за это время мы стараемся урегулировать ситуацию, помогаем оформить юридические документы, выйти из состояния депрессии, успокоиться, полюбить ребенка – посмотреть на него не как на обузу. Во-вторых, на базе нашей организации мы открыли «Группу неполного дня», в которой мамы, попавшие в трудную ситуацию, могут на несколько часов оставить детишек, которых не удалось устроить в детский сад, чтобы иметь возможность решить какие-то вопросы или сходить на работу.

Еще возникла идея «Социального склада» — мы стали просить екатеринбуржцев приносить детские вещи, средства гигиены, игрушки и передавали их семьям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Вещей так много, что мы помогаем всем. Для того, чтобы получить помощь, достаточно предъявить паспорт и при встрече рассказать суть своей ситуации. Постепенно наша организация расширялась, к нам стали обращаться не только женщины из роддома, но и просто те, кто попал в трудную ситуацию.

Еще с первых аннулированных в роддоме отказов возникла идея создания «Социального склада» — мы стали просить екатеринбуржцев приносить детские вещи, средства гигиены, игрушки и передавали их семьям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Екатеринбуржцы откликнулись — стали приносить детские вещи, везти коляски, кроватки, средства гигиены, игрушки. Вещей так много, что мы помогаем всем. Для того, чтобы получить помощь, достаточно предъявить паспорт и при встрече рассказать суть своей ситуации. Постепенно наша организация расширялась, к нам стали обращаться не только женщины из роддома, но и просто те, кто попал в трудную ситуацию.

У Ларисы Владимировны звонит телефон. В динамике слышен голос:
— Мне нужна коляска, кроватка, памперсы.
Голос Ларисы Владимировны становится жестким:
— А вы куда звоните?
— Мне дали ваш номер, сказали, что у вас можно вещи взять.
— Во-первых, нужно здороваться. Во-вторых, мы не магазин и просто так вещи не даем. Приходите к нам, расскажите свою ситуацию, будем думать, как вам помочь.

Закончив разговор, она комментирует:
— К сожалению, люди, попавшие в трудную ситуацию, очень часто считают, что им должны помогать и воспринимают эту помощь, как что-то само собой разумеющееся. Особенно, это касается выпускников детских домов. И здесь приходится быть очень жесткой – «халявщикам» мы не помогаем. Только тем, кто хочет бороться. Женщины, которые живут у нас в кризисной квартире, обязательно заключают с нами договор. Живи бесплатно, но обязательно работай с нашими психологами.

Правда, теперь Лариса Владимировна пришла к выводу, что «материальное обеспечение» бессильно решить некоторые застарелые проблемы.

— За долгие годы работы я поняла очень важную вещь: одна из основных проблем социального сиротства состоит не в том, что женщинам не хватает материального обеспечения или психологической поддержки. Главное в том, что у многих из них отсутствует модель семьи. Они просто не понимают, как выстраивать отношения с мужем, детьми. Основными психологическими причинами отказа от детей является неосознанное родительство, отсутствие ответственности за судьбу ребенка, нарушение детско-родительских отношений, когда в семье имеются затяжные конфликты «отцов и детей». В последнее время наш Центр активно пытается работать в этом направлении. Мы стараемся начинать с детства, проводим для воспитанников детских домов и детей из приемных семей 14-18 лет семинары по «Осознанному родительству». Учим их планировать свою жизнь, выстраивать отношения друг с другом, осознавать, какую ответственность накладывает звание отца или матери.

Самое главное, найти общий язык с подростками, которые все, в основном, «трудные». Они приходят с грустными лицами, ожидая длинных нудных лекций, от которых уже устали. Нужно сделать так, чтобы им стало интересно. Поэтому, разделившись на команды, ребята увлеченно рисуют на больших ватманах «Город своей мечты», даже не подозревая, что это задание является частью тренинга планирования жизни. Мы рассказываем им о примерах известных людей, которые в детстве жили в неблагополучных семьях и все равно добились успеха. Когда они узнают о том, что у маленького Уолта Диснея было мало игрушек, и жестокий отец его часто избивал, и это не помешало ему стать тем, кем он стал, у них появляется дополнительный стимул!

Читайте так же:  И п заявление на увольнение

Сейчас создатели «Аистенка» задумали новый проект – «Семейный центр временного проживания для женщин с детьми».

— Если говорить о процессе реабилитации матерей, то его невозможно наладить в условиях городской квартиры, — сетует Лариса Владимировна. — Во-первых, очень сложно идет процесс поиска работы, устроиться на которую женщине с малолетним ребенком также сложно, как и найти детский садик или снять квартиру. Во-вторых, в четырех стенах очень сложно наполнить жизнь какой-то деятельностью, особенно, если нет к этому навыка. Главная цель нашей профилактической работы – это не плодить иждивенчество и не дублировать детские дома с проживанием в них на всем готовом детей-сирот. Поэтому у «Аистенка» есть мечта: найти 70 миллионов рублей и построить «Семейный Центр» — загородный дом, где женщины с детьми будут не просто жить, но и иметь возможность вести домашнее хозяйство на земле, заработав себе на пропитание. Теплицы, швейная мастерская, крольчатник, курятник. У каждого в центре будет своя обязанность, это поможет перестать чувствовать себя иждивенцем, появится возможность пройти процесс реабилитации быстрее, и начать новую, совсем другую жизнь. Так начинается формирование ответственности за себя, своего ребенка. Глядишь и жизнь наладится, и семья станет полной… Все в наших руках…

Справка: Свердловская региональная общественная организация «Аистенок» основана в 2003 году. Направление деятельности – профилактика отказов от детей. Президентом «Аистенка» с момента его основания стала Лазарева Лариса Владимировна. С 2004 года аннулировано 88 отказов от детей.

За время работы «Аистенка» 395 приемных родителей прошли обучение в школе приемных родителей. 290 детей-сирот обрели семью, из них более 190 детей при поддержке организации попали в семьи опекунов и усыновителей прямо с территории детских городских стационаров, минуя перевод в Дома ребенка.

Обучено более 270 волонтеров для работы в детских учреждениях с отказными детьми, а в больницах и социальной сфере – с детьми-сиротами.
235 семей находятся на постоянном сопровождении организации.

Оборудовано 3 палаты в детских больницах для эмоционального и физического развития отказных детей.

[2]

«Меня убедили оставить дочку в роддоме»

Если врач предлагает матери отказаться от «нежизнеспособного» малыша, запутывая сложными диагнозами, как не растеряться, где искать поддержки? Шесть советов матери

В социальных сетях недавно появилась история женщины, отказавшейся от собственного ребенка. Спустя три года после случившегося она жалеет о своем поступке, о том, что не услышала вовремя нужных добрых слов поддержки и поверила врачам, активно уговаривавших ее «отказаться», пугая страшными диагнозами, которые не сбылись.

«Ева жива. Значит, врач меня обманула?»

— В 22 года я забеременела. Семья мужа жила в поселке, где легче было трудоустроиться, — пишет молодая женщина. — Мы радовались, ждали ребенка. На последнем УЗИ узнали, что будет девочка. Посовещавшись, решили назвать ее Евой. Меня направили рожать в областной роддом, мотивируя это тем, что у плода возможны патологии, и там смогут оказать квалифицированную помощь. Я слегка насторожилась, но не возражала. Тем более, что госпитализацию назначили планово…

Схватки начались поздней ночью и длились до самого утра… Почему-то ребенка не показали и не дали подержать, а сразу унесли. Мне сказали ждать врача.

Утро. Ко мне в палату зашла врач и пригласила на разговор. В ее кабинете я увидела, что там уже сидят мои муж и свекровь. Первое, что услышала:

«Мамочка, ваша дочка не жизнеспособна. Вам придется ее оставить». После этого я как будто впала в кому.

Врач сухо зачитала диагнозы, объяснила мужу, что наша дочка всю свою недолгую жизнь будет находиться в палате интенсивной терапии, куда родителей не пускают. Но если ребенок родительский, то нужды лягут на мать и отца. Специальное питание и дорогостоящие препараты будут обходиться примерно в 70 000 рублей ежемесячно.

По сути малышка будет лежать одна, а мы будем только платить. Но если мы подпишем отказ, то все расходы возьмет на себя государство. У нас не было и трети от названной суммы. И если на первый месяц лечения мы могли назанимать денег у односельчан, то что делать потом? И как раздать скопившиеся долги?

Врач подала нам идею отказа как единственный выход из ситуации. Меня тогда никто не спрашивал, смогу ли я воспитывать этого ребенка и готова ли его лечить.

Вечером того же дня мне показали дочь, она лежала в каком-то прозрачном пенале съеженная, красно-фиолетовая. В палату, где стоят эти инкубаторы, мне войти не разрешили — смотрела через стекло. Врач стояла рядом и в ухо говорила мне, что девочка не проживет и двух месяцев, что таких детей вообще нельзя забирать из медицинского учреждения, и если я ее сейчас хотя бы вытащу из инкубатора, то подпишу ей смертный приговор. А еще сказала, что мои родственники уже подписали отказ…

Тогда я понятия не имела, что есть фонды, волонтеры. Просто написала отказ и пыталась дальше с этим жить. На каком-то подсознательном уровне муж считал меня бракованной. Свекровь и родители пытались жить так, будто ничего не было. Но я так не могла. Не могла спать с мужем, видеть мам с колясками на улице, не могла даже смотреть рекламу, в которой показывали маленьких детей. Боялась забеременеть и снова попасть в этот ад…

Муж не выдержал и сам подал на развод. Я вернулась к родителям…

Еще один год прошел, и я почти свыклась с мыслью о смерти Евы. На новогодних каникулах мы решили собраться с бывшими одноклассниками. На встрече увидела свою подругу. Оказалось, она работает в Доме ребенка, в том самом областном центре, где родилась Ева. Я решила, что это мой единственный шанс узнать, умерла ли моя дочка в больнице или все же попала в дом ребенка.


Выяснилось, что Еву взяла приемная семья, и произошло это практически сразу после того, как она попала в стены ДР. Ева жива. Значит, врач меня обманула? Или случилось чудо и болезнь отступила сама собой?

Второй раз я испытала шок, когда узнала, что приемная мама возила Еву на лечение в какой-то крупный медцентр. Девочка развивается так же, как и обычные дети, ходит в ясли и считает приемную маму родной. Проблемы со здоровьем у нее конечно есть, но это совсем не то, к чему меня готовили в роддоме.

… И теперь я сама думаю о том, чтобы усыновить ребенка.

«Рекомендации — не закон»

Эта история произошла в 2014 году, когда Минздрав России разослал по регионам методические рекомендации о профилактике отказов от новорожденных, согласно которым роддома должны вести «работу по сохранению ребенка в семье», а специалисты за срок от 3 до 30 дней – убеждать женщину оставить малыша дома.

В случаях, касающихся детей с врожденными нарушениями здоровья, мамам полагается реабилитационное сопровождение на срок от месяца до года.

В бумагах министерства все предусмотрено. Что мать, попавшая в беду, находится в состоянии шока и не способна полностью отвечать за свои намерения, и потому нуждается в информационной поддержке, то есть в исчерпывающих сведениях о психологических, социально-экономических, медицинских и правовых услугах. Что неонатолог, акушерка или любой другой специалист, выбранный главврачом роддома, обязан корректно и доходчиво описать ей перспективы, не пугая и не «агитируя».

«К сожалению, медики не всегда осторожны и гуманны. Рекомендации Минздрава — не закон, потому не воспринимаются как беспрекословное руководство к действию. Учреждения, как полагается, не готовят специалистов к работе с семьями, — замечает московский врач-педиатр Ася Селезнева.

Читайте так же:  Сколько раз в год проходят флюорографию

И что получается? Врачи видят маму, семью. Понимают, что ждет ребенка с врожденной патологией, когда не известно, смогут ли родители обеспечить ему необходимые условия или нет, и берут на себя больше, чем положено. Да, врач должен описать проблему, но корректно, аккуратно, с учетом послеродового стресса у мам. Людям важно знать, что им предстоит, что их не бросят, и к кому надо обращаться за помощью».

Родителям нужны навигаторы по нозологиям

Наталья Зоткина, глава Фонда помощи недоношенным детям «Право на чудо». Фото с сайта asi.org.ru

Руководители российских благотворительных фондов вспомнили похожие драмы 2-3-летней давности и по нашей просьбе вместе с психологами составили нечто вроде памятки для будущих мам.

«Мне тоже пришлось слышать много диагнозов, связанных с ранним рождением моей дочки. И не всегда утешительных, — говорит глава Фонда помощи недоношенным детям «Право на чудо» Наталья Зоткина. – Представьте… Молодая мама. Ничего еще не знает. Рожает впервые. Ее в остром состоянии привезли в медучреждение. Все чужое, страшно. И тут на нее обрушивается черный поток: ребенок нежизнеспособный, обречен, оставьте, государство лучше позаботиться… Любая растеряется.

Почему мы сейчас и настаиваем, чтобы с самого начала женщин могли консультировать и врачи, и сотрудники фондов.

Чтобы им рисовали не только страшные картинки, но и предлагали альтернативу: ребенка можно лечить, есть специальные клиники, есть новые технологии, государство оказывает поддержку.

Наш фонд, например, открыл горячую линию для таких случаев (тел: 8 800 555 29 24). Можно позвонить и услышать, что ты не одна наедине со своими проблемами».

Юлия Зимова, первый заместитель председателя комиссии Общественной палаты РФ по поддержке семьи. Фото с сайта союзженскихсил.рф

«Обычно к отказам от ребенка склоняют не врачи, а средний и младший персонал: медсестры, санитарки, — продолжает тему первый заместитель председателя комиссии Общественной палаты РФ по поддержке семьи, материнства и детства Юлия Зимова. — Еще нам нужно и важно ввести раннее сопровождение, как например, у организации для детей с синдромом Дауна. На начальном этапе – сразу после родов — появляется специалист, разъясняющий, какой это ребенок, с какими особенностями, как с ними жить, для того, чтобы сохранить малыша в семье.

Таким специалистом может быть и врач, и сотрудник фонда. Важно делать навигаторы по различным нозологиям, чтобы человек не оказывался в изоляции. Минздрав сейчас, наверное, считает, что навигатором является врач, но у врача мало времени и не всегда хватает информации о новых формах лечения, клиниках, методиках. Ему нужна помощь».

Советы – дело психологов, а не врачей

Александра Марова, президент Ассоциации организаций, работающих в сфере профилактики отказов от новорожденных. Фото с сайта fondpcc.ru

«В методических рекомендациях министра здравоохранения РФ Татьяны Яковлевой от 2014 года «Профилактика отказов от новорожденных в родильных домах», разосланных во все регионы, во все медицинские организации, как раз описывается, что надо делать в ситуациях, когда возможен риск отказа от ребенка. Кого надо подключать, как выстроить работу с мамой, — говорит директор Фонда профилактики социального сиротства, президент Ассоциации организаций, работающих в сфере профилактики отказов от новорожденных Александра Марова. – Тот случай, что вы привели, показывает, что медики живут по старинке.

Профилактика отказа от новорожденных – одно из направлений нашей работы, мы как раз обучаем врачей, родителей, психологов, социальных работников.

У нас львиная доля работы уходит на то, чтобы перевернуть сознание людей, внушить им: место ребенка – в семье, каким бы он не был, что бы с ним не происходило.

Решения должны принимать не врачи, не окружение и родные, а сами матери.

Выслушав несколько точек зрения, получив консультации и не однобоко: вот вам будет плохо и просвета не ждите. Есть же другая сторона медали.

Жаль, что не нашлось специалистов, которые бы рассказали маме: вы не одна такая, есть сообщества таких родителей, возможна такая-то помощь. Знай она об этом, может, приняла бы другое решение.

Надо формировать профессиональную позицию у медиков о том, почему лучше в родной семье, и действовать только в рамках своего функционала, не лезть со своими оценками на поле специалистов по социальной работе и психологов, которые при диагностике будут опираться не на личные представления, а на профессиональные инструменты.

О том, что «всю свою недолгую жизнь ребенок будет находиться в палате интенсивной терапии, куда родителей не пускают, а нужды лягут на мать и отца, не на государство»… Если необходимые для ухода и лечения средства входят в систему ОМС, то они возмещаются. Но это самые простые варианты лечения и лекарств. Если процедура какая-то особенная, то только за свои деньги.

У нас была ситуация, когда у мамы родились двойняшки, и обе с патологией. Одного малыша она разместила в учреждение (формально это не отказ, а размещение ребенка в связи с трудной ситуацией матери, то есть ребенок родительский остается), она его постоянно навещала и ездила к нему, но содержало его и, правда, государство. А второй малыш был полностью на ней, за исключением денег, которые она получала по инвалидности ребенка. Плюс ОМС.

Не торопитесь, у вас есть время подумать

«Мало кто готов к появлению на свет малыша с особенностями развития. Чаще всего женщина впадает в состояние, близкое к шоковому. Теряется твердая опора, вера в собственные силы, кажется, что поддержи искать негде и возникает ощущение тотального одиночества.

Видео (кликните для воспроизведения).

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

В таком состоянии сложно оценить ситуацию и принять обдуманное решение, — комментирует психолог Юлия Аксенова. — Женщина склонна перекладывать ответственность за принятие решений в отношении малыша на «более компетентных людей», потому что сама не чувствует контроля над ситуацией. В этот момент она уязвима и может совершить ошибку.

  1. Остановитесь. Это неправда, что решение надо принять мгновенно. У вас есть время, чтобы понять, что происходит.
  2. Обратитесь к тому человеку, которому вы действительно доверяете. За поддержкой, но не за решением. Это могут быть близкие, подруги, люди, имеющие подобный опыт. Их задача оказать эмоциональную поддержку, а не давать советы.
  3. Постарайтесь понять, что вы чувствуете к своему новорожденному малышу.
  4. Проконсультируйтесь с врачом, которому доверяете. Если в ближайшем окружении такого доктора нет, попросите родных или знакомых найти специалистов (сотрудников других клиник, психологов, медиков) и проконсультируйтесь с ними.
  5. Обратитесь за помощью к фондам. Их помощь бескорыстна, а контакты, как правило, есть в роддомах или в Интернете.
  6. Помните, у вас достаточно времени для принятия решений. Если ребенку нужна экстренная помощь, врачи незамедлительно ее окажут. Для всего остального есть время».

Источники


  1. Зайцев, Р. В. Признание и приведение в исполнение в России иностранных судебных актов / Р.В. Зайцев. — М.: Wolters Kluwer, 2013. — 208 c.

  2. Пиголкин, Ю.И. Морфологическая диагностика наркотических интоксикаций в судебной медицине / Ю.И. Пиголкин. — М.: Медицина, 2015. — 392 c.

  3. Кабинет информатики. Методическое пособие / И.В. Роберт и др. — М.: Бином. Лаборатория знаний, 2016. — 126 c.
  4. Семенова, Анастасия Дом — зеркало судьбы. Как приворожить удачу для всей семьи; СПб: Невский проспект, 2013. — 157 c.
  5. Под., Ред. Ванян А.Б. Афоризмы о юриспруденции: от античности до наших дней / Под. Ванян. — М.: Рязань: Узорочье, 2012. — 528 c.
Как найти ребенка оставленного в роддоме
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here